Панарийский союз и возникновение Бактрии

Во времена Будды Шакьямуни территорию Центральной Азии, Афганистан и страны, соседствующие с Персией на северо-востоке (современные Туркмения, Таджикистан и Казахстан), населяли иранские народности — бактрийцы, персы, хорезмийцы, согдийцы, саки, скифы и другие, предками которых были арии. Уже в III тысячелетии до нашей эры существовала морская и сухопутная коммуникация между культурами Средиземноморья, Мессопотамии и городами долины Инда в западной Индии. Сравнение древнеиранской и ведийской религии демонстрируют сходство религиозных понятий, характерных для предков иранцев и индоариев, другими словами, для индоевропейцев; кроме того, обнаруживается сходство их эпосов и мифологии.

Например, как у иранцев, так и индоарийцев были схожие обряды и ритуалы, культ огня и священного, наркотического напитка сомы (иран. хаума). В обеих системах большое значение уделялось повторению мантр. Общим для предков иранцев и индусов было и понятие «арта», обозначающее истину, космический порядок, закон, управляющий миром, справедливость. Одинаковой была организация общества: семья, племя, род (например, иранское «виш» и индийское «вис» обозначает род, общество); одинаковы были и способы ведения войны. Иранские языки принадлежат большой семье индоевропейских языков, а староиранские авестийский и староперсидский тесно связаны, а местами даже идентичны ведийскому и санскриту. Индоиранский (арийский) союз во II тысячелетии в историческом смысле представлял собой единую цивилизацию, которая проходила от Персии через Афганистан до Центральной Азии и Западной Сибири, охватывая степи юго-восточной Европы и, благодаря завоеваниям дравидов, большую часть индийского субконтинента. Это единство частично сохранялось до времён Будды, за исключением тех народов, которые, благодаря своей экспансии на другие территории и районы, образовали малые цивилизационные ответвления.

Вышеупомянутые индоарийские сообщества до IV века до н.э. образовывали более или менее независимые небольшие государства, что было связано с условиями западных иранцев — персов, их имперскими притязаниями или же с взаимным противостоянием населявших центральную Азию народов. Геродот утверждал, что уже в его время Бактрия была государством, равным Вавилону. Бактрия, по мнению некоторых историков, управляла племенным союзом и более всего была известна месторождениями популярного в античном мире лазурита. До IV века до н.э. Бактрия была XII сатрапией персидской империи. На протяжении III века до н.э. Парфия и Бактрия вели борьбу за независимость от Персии династии Селевкидов. После смерти Александра Македонского, в период правления персидских Ахеменидов, на территориях северо-западной Индии возникло множество королевств, которыми управляли греки. Правители-оккупанты вместе с гарнизонами, оставленными Александром, были призваны осуществлять надзор над колонией. Эта колонизация привела к рождению двух больших эллинистических королевств Центральной Азии: Бактрии и Парфии. Бактрийцы были особенно заинтересованы в индийских владениях, именно они стали следующими после Маурьев великими покровителями буддизма. Около 250 года до н.э., когда Индией управлял король Ашока, вице-губернатор Бактрии Диодот поднял мятеж против Селевкидов и попытался создать собственное греко-бактрийское государство. Оно было важной точкой для транзита караванов через Центральную Азию, но его история до настоящего времени изучена неполностью.

Греки в Древней Индии

Период доминирования персидского государства Ахеменидов на востоке стал временем всё более участившихся визитов греков в Азию, во время которых они добирались до территории нынешнего Афганистана и северо-западной Индии (Гекатайос из Милета, Геродот, Демокрит и другие). Благодаря этим путешествиям европейцы начали знакомиться с индийской культурой и осуществлять всё более интенсивный торговый обмен, а торговый путь из Вавилона в Иран достигал Бактрии, где соединялся с путём караванов, идущих через Гандхару из западной Индии. Уже в пятом столетии до нашей эры греки поддерживали торговлю со скифами, о чём свидетельствуют находки на побережье Чёрного и Каспийского морей, а также на Алтае. В то время в причерноморских областях переживала свой расцвет понтийская культура и её отголоски наблюдались и в Центральной Азии, среди населявших её занятых торговлей народов. Также религиозные представления персов (зороастризм) и индусов (ведизм) оказали определённое влияние на философские системы древних греков.

В середине IV столетия до н.э. греки, населявшие Малую Азию, уже знали об Индии, о чём свидетельствуют сохранившиеся с тех пор древние документы. Греки и индусы уже должны были контактировать между собой, но знания об Индии, распространённые среди греков в ту пору, были ещё очень невелики.

Древние европейцы непосредственно столкнулись с индийской цивилизацией во время знаменитого похода в Индию Александра Великого. В 327-326 годах до н.э. армия Александра Македонского вторглась на территорию современного Пенджаба и Пакистана, вплоть до реки Биас, притока Сатледжа. Александр вскоре отказался от дальнейшего марша и отступил, однако интерес к Индии среди греков, оставшихся в восточных провинциях посталександрийской империи, не уменьшился.

Около 305 г. до н. э. Селевкий Никатор снова направил свои войска в северо-западные районы Индии. Эта, скорее всего, невозможная в военном смысле операция закончилась подписанием мирного договора с дедом короля Ашоки Чандрагуптой Маурьей, под чей контроль греки отдали завоёванные ранее Александром Великим территории современного южного Афганистана и западного Пакистана. Селевкий закрепил при дворе индийского правителя своего посла, историка и географа Мегастена. Со своей стороны Чандрагупта Маурья дал грекам пятьсот боевых слонов, а также женился на греческой принцессе.

Мегастен оставил описание индийского государства. Больше всего грек был восхищён пышностью убранства индийской королевской резиденции и уровнем развития индийской цивилизации, которая, по его мнению, была своими достижениями равнозначна древним персам.

В соответствии с эллинистическими источниками, отец Ашоки Биндусара хотел получить в подарок от греческого короля Сирии Антиоха I греческое вино, финики и философа-софиста. Софиста ему так и не прислали, однако переписка такого рода свидетельствует о тогдашних контактах Индии с древнегреческим миром. Ко двору доминировавшего тогда в Индии королевства Магадхи прибывали послы эллинистических владык.

Благодаря Александру Македонскому, греки расселились по всей северо-западной Индии, где были оставлены их наместники, греческие гарнизоны и торговые фактории. Для создания точек опоры греческой колонизации европейцы построили в Согдияне и Бактрии около 12 городов, так называемых Александрий. В них были размещены около 23 тысяч солдат, большинство которых составляли греки. Около 300 года до н.э. созданная Александром Македонским империя распалась на вереницу провинций, в которых власть находилась в руках греков. Языком торговли и администрирования и, более того, языком образованных людей на этой территории, вплоть до индийской границы, был греческий. Всю территорию между Бактрией и Египтом тогда называли эллинистическим миром.

Необходимо обратить внимание на то, что с обсуждаемого периода времени начинается постепенное проникновение буддизма через Шри-Ланку в юго-восточную Азию, через пакистанскую Таксилу в Афганистан, Бактрию и на территорию Персии. Западной границы распространения буддизма в древнем мире не существовало. В самой Индии, во время царствования Ашоки, как государство, так и культура вместе с Дхармой Будды переживали период расцвета. Именно этой эпохе принадлежат знаменитые указы Ашоки. Одним из самых старых свидетельств контакта греков с буддизмом в III веке до н.э. является наскальная надпись на греческом и арамейском языках из Кандагара, содержащая эдикт Ашоки, в котором восхваляется и принимается учение Будды, которое становится законом монархии. На этих территориях, ранее завоёванных Александром Великим, греческий язык был языком элиты, торговцев и колонистов.

Филантропы и буддисты

Контакты Греции и Индии в полной мере развились в период царствования Ашоки. Чакравартин не только способствовал товарному обмену, но и отправлял буддийских мастеров в греческие государства Средиземноморья для того, чтобы они смогли узнать об Учении Будды. В Кандагаре, в восточном Афганистане, был открыт указ Ашоки на арамейском языке (им пользовался Иисус). В то время эту территорию занимала Александрия Арахозийская, которая тоже вошла в состав империи Ашоки. Факт использования греческого в королевских указах свидетельствует о той роли, которую в государстве Ашоки играли греки, в особенности это касалось северо-западных районов. До сегодняшнего дня не вполне ясно, является ли Александрия Арахозийская, упомянутая в цейлонской хронике «Махавамса» областью, из которой на Цейлон (в начале I века до н.э.) отправились тридцать тысяч монахов, чтобы принять участие в освящении великой ступы в окрестностях Анурадхапура. Благодаря сохранившемуся письму Ашоки в Гирнар, нам известно, что западным полуостровом Сурашастра от королевского имени управлял грек. Греки, населявшие азиатские территории, были буддистами. Во время III Великого Собрания Сангхи в Паталипутре, в котором принимал участие грек Дхармаракхита, ему были переданы полномочия заботиться о Дхарме Будды в западных провинциях империи Ашоки. Один из мастеров медитации был отправлен в «страну Ионов», чтобы познакомить греков с Дхармой.

В XIII указе Ашока утверждал, что достиг победы Дхармы и среди тех греков, которыми управляли Антиох, Птолемей, Антигон, Александр Магасийский. Эту информацию часть историков рассматривает как доказательство того, что буддизм распространился среди греков, населявших эллинистические королевства. Несмотря на то, что греческие источники об этом умалчивают, это не означает, что греки не проявили никакого интереса к Дхарме. Ведь и сегодня элиты европейских обществ игнорируют факт широкого распространения буддизма в Европе. Если даже немногие греки заинтересовались буддийскими практиками, то они наверняка знали о том, что индийской империей правит закон, опирающийся на учение Будды, которое было самым гуманным в древнем мире, более того, постулаты буддизма находят поддержку далеко не во всех современных обществах. Ашока рассказывал о них греческой элите и уговаривал греков отказаться от убийства и применения насилия по отношению ко всем живым существам, уважать родителей, стариков, рабов, проявлять щедрость по отношению к аскетам и мудрецам, а также придерживаться уравновешенного и доброжелательного отношения ко всем существам. Стоит иметь в виду, что времена, о которых идёт речь, характеризовались динамичными цивилизационными процессами. В то время популярными стали стоики, а монархические функции приобретали теперь иное значение.

На первое место вышла филантропия, которая становилась обязанностью греческих правителей. Филантропия заключалась в доброжелательности и благотворительности по отношению ко всем подданным. Греки стали пропагандировать единство человеческого рода как корень и основание новой доктрины. Таким образом, в обеих культурах практически одновременно сложились похожие этические принципы.

Король Ашока умер в 231 г. до н.э. Династия Маурьев ещё удерживалась у власти до первой половины II столетия до н.э. Брамин Пушджамитра (187–157 гг.н.э.), предводитель армии, убил короля Брихадрахту, последнего в этой династии. После его смерти древняя империя полностью распалась. На большей части территории центральной Индии подняла голову антибуддийская реакция. Брамины пытались вернуть доминирующее положение ведийской культуры. Их поддерживали династии Шиунгов и Яванов, которые заняли место Маурьев.

Менандр — греческий король-буддист

Экспансия Греко-Бактрии, по большей части, имела место во времена Деметрия, владения которого превосходили владения индусов и которого, скорее всего, поэтому называли королём Индов. Среди бактрийской аристократии доминировали греки. Бактрия приобрела независимость уже в первой половине III века до н.э. Прекрасные природные условия способствовали развитию государства. Бактрийские правители господствовали на главном торговом пути из Гандхары в Персию. Ещё Деметрий чеканил монеты с надписями на греческом языке и индийском, харошти. Наиболее вероятно, что его государство охватывало территорию современного северо-западного Пакистана, то есть части древней Гандхары. Бактрийцы сначала продвинулись вниз по долине Ганга и установили индогреческую власть в западной и северной Индии. В 205-267 гг. до н.э. бактрийцы, под управлением короля Эвридема, а позднее короля Деметрия, захватили значительную часть долины Ганга.

Древний историк Страбон описывал индийские завоевания Деметрия и славного грека-буддиста по имени Менандр. В индийской традиции принято считать, что Деметрий вторгся в Индию, вглубь государства Маурьев, около 185 г. до н.э. Этот захват положил начало более поздней длительной оккупации северо-западной Индии. Тем не менее, греки и ведомые ими бактрийские войска дошли до самой Паталипутры и после победоносной кампании вернулись в Бактрию. Страбон писал, что греко-бактрийские короли подчинили себе куда большую часть Индии, чем это удалось Александру Македонскому. Государство бактрийских греков охватывало огромную территорию в центральной Азии, современном Афганистане и Индии.

Среди греческих правителей самую большую роль, без сомнения, играл Менандр (163-150 гг. н.э.), «Милинда» на языке пали, «Менандрос» — на греческом. Он приобрёл индийские владения, по всей видимости, после смерти своего соперника-предшественника Эвкратида. Столицей Менандра стал город Шакала. Территория, захваченная Менандром, простиралась от Пешавара до Паталипутры. Буддийская традиция говорит, что он стал буддистом. Как король он был известен своей чрезвычайной мудростью, а его распоряжения способствовали развитию государства и учения Будды. Менандр прославился как герой классического буддийского текста, датируемого II веком до н.э., Милиндапаньйи, или «Вопросы короля Милинды». Это произведение написано в форме диалога и описывает публичный придворный диспут греческого короля с буддийским мастером Нагасеной. В соответствии с буддийской традицией, Нагасена происходил из касты браминов. В возрасте 15 лет он начал буддийскую практику, изучая и медитируя в Паталипутре, где он достиг состояния архата. Он считался исключительно одарённым: прослушав Абхидхармапитаку однажды, он выучил текст наизусть. «Вопросы короля Милинды» являются одним из наиболее важных текстов для практиков Тхеравады. В нём затрагиваются принципиальные особенности буддийского мировоззрения. Сам король и греки, которые слушали диспут, должны были с энтузиазмом восхвалять учение Будды, которое было объяснено Нагасеной, при помощи удивительных сравнений. На вопрос Менандра: «Остаётся ли родившийся тем же, или становится кем-то другим?», — Нагасена ответил отрицательно. Когда его попросили привести пример, архат спросил Менандра, является ли восхваляемый всеми король тем же безоружным существом, которое представляет собой новорождённый ребёнок, грек ответил отрицательно. Тогда Нагасена сказал ему: «Если ты не тот ребёнок, то из этого следует, что у тебя нет ни матери, ни отца, ни меня, учителя Нагасены».

Произведение, о котором идёт речь, было популярно среди греков, населявших северо-восточную Индию, и окончательно оформилось в неизменном виде около начала нашего летоисчисления, то есть приблизительно при жизни Христа. «Вопросы короля Милинды» — знаменитое произведение из числа классического наследия древнеиндийской прозы. Диалог начинается с описания состояния развития современной собеседникам индийской цивилизации с приложением описания их предыдущих жизней, после чего очень проникновенно и ясно разъясняется философия, этика и психология, содержащаяся в учении Будды (традиции Хинаяна).

Как в греческой, так и в индийской традициях Менандра считали ярым буддистом. Слава этого короля, великого и справедливого правителя, разнеслась далеко. Плутарх писал, что после его смерти города соревновались между собой за право захоронения его останков, после чего просто разделили их между собой. Рассказ этого историка напоминает события, произошедшие после паринирваны Будды, когда дело дошло до конфликтов и практически угрозы войны из-за споров, которые были вызваны вопросом надлежащего раздела оставшихся после Пробуждённого реликвий. У руля государства стал другой правитель. Иногда в роли советника выступал его сын. Государство было разделено на сатрапии, по образцу персидской монархии Селевкидов. При королевском дворе находилось шесть влиятельных придворных особ: главнокомандующий, первый министр, главный судья, казначей, носитель зонта, и меченосец. В армии служили как греки, так и другие наёмники. Король имел в своём расположении королевскую гвардию. В городе, где происходил диспут между королём и Нагасеной, работали художники, создававшие изделия из золота, серебра, латуни, меди, бронзы и железа. В достатке было гончаров, каретников, специалистов по изготовлению шатров, корзин, хлопчатобумажной ткани, луков и другого оружия. Трактат подчёркивает, что в этом городе было много торговцев сукном и самыми разнообразными видами животноводческой продукции. Греки пришли на территорию Бактрии вместе с Александром Великим как завоеватели, но с течением времени вписались в структуру городского сообщества, становясь ремесленниками, купцами, актёрами, врачами и художниками всех мастей.

Наследие Греческой Бактрии

Греко-Бактрия была обширным государством, владения и центр которого располагались в центральной Азии, Афганистане, северной и, в частично лежащих над Гангом, областях Индии. Буддизм должен был пользоваться среди бактрийцев огромной поддержкой. Именно тогда, в середине II в. до н.э., учение Будды достигает, при участии греков, территорий центральной Азии.

Милиндапанья сообщает нам о религиозной терпимости, господствовавшей в бактрийских городах. Там было принято приветствовать на улицах представителей всех религий. Греко-Бактрия отличалась большим количеством городов. Некоторые древние источники сообщают о 1000 городах этого государства на пике его развития, то есть в то время, когда в его состав входила вся северо-западная и частично центральная Индия. Именно эти большие городские центры способствовали развитию буддизма, а бактрийская цивилизация чрезвычайно плодотворно контактировала с культурами Индии, Эллады и всего эллинистического запада.

Высокого развития достигло искусство. В III веке до н.э. эллинистическая скульптура находилась под влиянием античного скульптора Лисиппа, чьи произведения отличались выраженным реализмом. Возможно, что именно под влиянием его учеников развивалось буддийское искусство Гандхары, где впервые появились статуи Будды Шакьямуни. Здесь следует заметить, что современная точка зрения на апполонистический характер ранних изображений Будды подвергается критике. Искусство Гандхары, а так этот стиль именуется по названию места обнаружения большинства находок, распространилось на всей территории северной Индии, Афганистана и южных районов Средней Азии со второй половины II века до н.э. Кроме того, с тех времён сохранились многочисленные нумизматические остатки, содержащие изображения греческих правителей, богов и Будды.

В Бактрии строили как типично греческие храмы, так и монастырские комплексы, которые располагались в пещерах, выдолбленных в скалах. Их населяли сотни буддийских монахов, о чём свидетельствуют раскопки из Айртама, неподалёку от современного Термеза, а также в окрестностях нагорья Кара-Тепе.

На территории древней Бактрии обнаружены храмовые комплексы, состоящие из системы коридоров, келий, храмов и отдельно стоящих ступ. В самом Термезе сохранились отстатки буддийской ступы, которая сейчас называется Башня Зурмала.

Это государство оставалось независимым до I века до н.э., а в конце первой половины этого столетия последние владения греко-бактрийских королей были уничтожены. В более поздний период, вплоть до периода доминирования империи Кушанов, в роли великих меценатов буддизма, которые приложили руку к его развитию в Индии и Центральной Азии, выступали скифские короли-буддисты. Кроме того, на вышеописанных территориях северо-западной Индии и центральной Азии всё большую популярность приобретали школы Великого пути. Позднее, на переломе эпох территория прежней Греко-Бактрии, переходит во власть Кушанов, которые во времена короля Канишки становятся великими покровителями и меценатами буддизма. Бактрийский язык, опиравшийся на греческий, становится государственным языком империи Кушанов. Несмотря на упадок греческой власти, в Бактрии сохранялась культура, пропитанная эллинистическими влияниями. Эти территории по-прежнему населяло множество греков, и некоторые из них практиковали буддизм. Цейлонская хроника содержит сведения о прибытии на Цейлон в начале I века до н.э., то есть во времена Греко-Бактрии, на один из буддийских праздников мастера медитации Махадевы, который был родом из местности на границе Персии и Бактрии. Из самой Бактрии был родом буддийский мастер Дхармамитра и ещё один мастер, Гошака из Тохаристана.

Бактрия и Персия были чем-то вроде моста между Индией и странами Центральной Азии. Именно там, около нынешнего Кара-Тепе, где государств, управлявшихся греческими правителями достигал торговый путь из Кандагара, обнаружены самые древние за пределами Индии буддийские находки, например, керамические таблички с текстами Дхармы. Эти находки обнаружены около города Термез, откуда происходит мастер Дхармамитра, мастер медитации и первый переводчик учения Будды на язык Бактрии.

На переломе эпох буддизм распространился среди занимавшихся торговлей азиатско-европейской купцов и греческих колонизаторов. На территориях между Каспийским морем, Западной Сибирью, Индией, Афганистаном и Персией было построено сотни буддийских общин и поселений с многочисленными храмами и монастырями, которые функционировали до V века н.э. Бактрийские купцы добирались до Александрии Египетской, где ещё во II веке н.э. функционировала буддийская община, о которой христианин Климент Алексадрийский писал, что живущие в ней выходцы из Индии чтят бога Будду. Сильный правитель Персии, Шапур I (241-272 н.э.) оставил после себя записи о том, что вся восточная часть его империи практикует буддизм.

Этому не препятствовали и нашествия таких народов (со второй половины V века) как гунны и гефталы (тюрки). Эти завоеватели, в конце концов, принимали культуру местного населения и через некоторое время сами начинали практиковать буддизм. Как сообщали китайские путешественники в VII веке н.э., гефталы стали буддистами и окружили Дхарму заботой. Сыном тюрко-уйгурского правителя был Гуру Ринпоче, Падмасамбхава. Однако с конца VII века на этой территории началось мусульманское нашествие, которое к XIII веку полностью уничтожило буддийскую культуру в этом регионе и заблокировало Шёлковый Путь.

Буддийскаяцивилизация древней Азии

Часть 2

Династия Кушанов и чакравартин Канишка

Империя династии Кушанов играла важную роль в истории древнего мира. Указы наиболее выдающегося из её представителей короля Канишки сделали возможным укрепление позиций Сангхи в индийском обществе, чья цивилизация была одной из наиболее развитых в мире. Кроме того, такая ситуация облегчала распространение Дхармы в Азии. Империя Кушанов была построена в первой половине I века н.э. на развалинах власти династии Пахлавов, которая, скорее всего, происходила из Персии. Раньше, в начале I века до н.э. династии Пахлавов удалось покорить Скифов (в Индии их называли Шаками), которые положили конец власти большинства греко-бактрийских королей и подчинили себе Индию вплоть до Матхуры. Здесь нужно обратить внимание на то, что часть историков полагает, что именно управляемые Кушанами племена завоевали Греко-Бактрию и северо-западные территории Индии в первой половине I века до н.э. Как видно, описываемый период истории Северной Индии и Центральной Азии по сей день остаётся не полностью исследованным, и поэтому его историю разные историки представляют по-разному.

Однако нам достоверно известно, что европейцам, благодаря Александру Великому, удалось проникнуть, на этот «дальний» Восток в конце IV века до н. э., что в свою очередь не удалось повторить римлянам. Римские легионы под предводительст­вом Марка Красса 9 мая 53 года до н.э. были наголову разбиты персами в битве при Каррах. Персы играли главную роль в центрально-азиатской политике того времени. Отрубленную голову римского полководца после победы в этой битве в качестве трофея доставили персидскому королю Ородесу II. Династия Кушанов правила племенным объединением, которое называлось «народ Йечу». Большинство историков сходятся во мнении, что эти люди пользовались индоевропейским языком, что указывает на их культурные связи с праариями. Кушанская империя возникла в самом сердце Азии, благодаря объединению различных кочевых племён Кудулой Кадифезесом I. Оно занимало территорию Центральной Азии, нынешнего Афганистана, и, в результате более поздних завоеваний его преемниками, центральной и северо-западной Индии. Кушанские правители со временем стали перенимать индийскую культуру. Кадифизес ІІ скорее всего был последователем шиваизма, а самый прославленный из Кушанов, король Канишка, был покровителем учения Будды и в рамках традиции считался чакравартином, правителем и защитником Дхармы.

Даты правления Канишки чётко не установлены. Сейчас принято считать, что он правил на рубеже I и II вв. до н. э. Правление Канишки привело к расцвету государ­ства. Оно было организовано по образцу государств персов и греков с разделением на округа — сатрапии. Столицей был сегодняшний Пешавар, лежащий на важном торговом пути через перевал Хайбер. Временной столицей служила Матхура. В окрестностях Пешавара найдено множество буддийских памятников и храмов. В северном Афганистане обнаружены останки одного из самых крупных храмовых комплексов, так называемый храм победителя Канишки, а в окрестностях Матхуры — храм кушанских королей. Именно на территории центральной Индии развилось искусство представления изображений Будды, особенно в те времена, когда Матхура была кушанской столицей. В Бамиане, поблизости от Кабула, кушаны, выступили меценатами создания высеченных в скалах статуй Будд, гротов и пещер для монахов и йогинов. Позднее, около IV века, именно этот район стал знаменитым центром буддизма, широко известным своими многометровыми гигантскими статуями Будды, которые позднее, весной 2001 года, последовательно уничтожались средневековыми мусульманами и исламистами движения «Талибан».

Правительство Кушанов отличалось терпимостью к религиозным общинам разного толка, которых на обширных территориях этого государства должно было быть большое множество. На первый план, как и во времена короля Ашоки, снова вышел буддизм, и его практиковал король. В экономической сфере возрос оборот средств, произошло развитие ремёсел и торговли. Канишка был одним из последних индий­ских правителей, который массово чеканил свои монеты.

Начиная с V века его потомки перестают чеканить монеты, что свидетельствует об ослаблении европейских влияний. Именно средиземноморские купцы повсемест­но распространили использование монет в качестве средств оплаты в торговле, а первые в мире монеты были отчеканены в греческой Лидии за несколько сотен лет до нашей эры. В этих условиях, на рубеже ІІІ и IV веков, популярным средством оплаты стали раковины каури, о чём свидетельствуют данные археологических раскопок и свидетельства китайских путешественников, которые в те времена посещали Индию.

В городах складывались купеческие гильдии и корпорации, которые оказывали всё большее влияние на государственные дела. Большинство купцов практиковало буддизм. Купцы вольготно чувствовали себя на Шёлковом Пути. Использование периода муссонов привело к развитию морского сообщения в Индийском Океане. Процветала торговля с Римской Империей. Она имела такой размах, что Плиний Старший полагал, что упадок Рима был связан с огромным дефицитом баланса в торговле с Индией. На территориях, которыми правили кушаны, проводились интенсивные ирригационные работы. Возникли целые системы каналов. Для вспахивания земли использовались железные плуги. Благодаря таким усовершенствованиям процветало крестьянство. Кроме восстановления старых, были возведены и новые сооружения, регулировавшие течение рек. Была восстановлена плотина на реке Ганг, построенная ещё во времена Ашоки.

Важную роль в торговле и транспорте играли Ганг, пять рек Пенджаба и Инд. Уже в І веке до н.э. северную Индию пересекал большой торговый путь, от Бенгальского залива до Афганистана. Из Шравасти, расположенного посередине этого пути, дорога шла на юг индийского субконтинента. Самым важным предметом торгового обмена были эксклюзивные товары: коренья, сандаловое дерево, золото и драгоценности. Большие месторождения соли были обнаружены в Пенджабе, откуда, собственно, и поступал этот желанный товар.

Из южного Бихара импортировалось железо. Контроль над торговым путём к месторождениям железной и медной руды привёл к упрочению мощи королевства Магадха и возобновлению его влияний в более позднем периоде династии Гуптов. Археологические раскопки указывают на то, что именно на эту эпоху приходится большое развитие дворцового, храмового, жилищного, промышленного, фортификационного и торгового строитель­ства. Найденные при раскопках на территории Индии и Центральной Азии поселения, относящиеся к ІІІ–ІV веку до н.э., состояли из жилищ, станков, магазинов и систем водопровода. Однако индусы ни в древности, ни в более поздние века так и не смогли овладеть искусством строительства дорог и мостов. В этой области они оставались далеко позади европейцев. Дороги, особенно в периоды благополучия империй, содержались в очень хорошем состоянии. Однако уровень дорожного строительства и техническое состояние так и не достигли уровня, например, Древнего Рима. Если говорить о строительстве переправ, то, несмотря на то, что в Индии не строили мостов, была организована система перевозчиков, которые за деньги переправляли людей, скот и грузы на нужный берег. Во времена Ашоки перевозчики получали плату из государ­ственной казны.

Придворная жизнь клана Кушанов, кроме принятия буддизма, отличалась распространёнными в те времена манерами. При дворах находились мастера медитации, брамины, учёные, артисты и множество куртизанок. Куртизанки на то время были самыми образованными женщинами Индии. Они разбирались в философии, поэзии и музыке. В более поздние времена распространения индуизма и небуддийской Тантры, индусы описали всевозможные варианты любовных игр в Камасутре.

Буддизм оказал большое влияние на искусство, придавая новым направлениям типичные для себя черты. Это время характеризуется периодом расцвета стилей Гандхары и Матхуры. В Матхуре возник особенный стиль высечения образов Будд и Бодхисаттв. Они отличаются от образов Гандхары меньшей духовностью и тонкостью, но большей массивностью и выраженностью телесных деталей. Произведения древних мастеров, которые причисляют к наиболее значимым произведениям человечества в области пластических искусств, чаще всего не сохранились до нашего времени. В эпоху мусульманских нашествий большое количество экспонатов преднамеренно и систематически уничтожалось, так же как в наше время это делают исламские фундаменталисты. Это варварство совершалось в соответствии с учением пророка о том, что необходимо уничтожать «тщеславные» культуры. Многочисленные статуи и барельефы, которые уцелели по сей день, невзирая на ожесточённый мусульманский вандализм, сохранили следы их деятельности. Изображениям Будд и людей отбивали носы в стойком убеждении, что без них «идолы» не смогут дышать и умрут. Фрески лишали глаз, поскольку, по убеждениям мусульман, глаза — зеркало души. Эти иррациональные воззрения до сих пор преодолены относительно небольшим числом мусульман, о чём свидетельствуют атаки на объекты буддийской культуры, совершённые в ХХ веке на территории Афганистана.

После смерти Канишки империя Кушанов постепенно утрачивает своё влияние. На севере они были вынуждены противостоять персам. На некоторых территориях центральной Индии отдельные представители этой династии отчасти сохраняли власть до половины IV века н.э. За время своего правления Кушаны упрочили традицию покровительства и меценатства светских правителей по отношению к буддийским общинам, что стало возможным благодаря благосостоянию общества и тому значению, которое придавалось философии и духовности.

IV Собор Сангхи и судьба индийского буддизма

Благосостояние и развитие цивилизации всегда способствовало распространению учения Будды. Сильная монархия Кушанов привела Индию к расцвету, обеспечив политическую и экономическую стабильность. Вплоть до IV века н.э. Индию не беспокоили никакие внешние враги, за исключением единственной угрозы, временами исходившей от Персии. Через Афганистан в Центральную Азию приходили многочисленные мастера буддийской медитации. Изучая биографии тогдашних правителей и держателей Дхармы, можно заметить, что и те и другие много путешествовали, следуя примеру Будды Шакьямуни, который провёл свою жизнь в соответствии с выражением «путешествие учит». Со времён династии Кушанов, между I и II вв. н.э. до нас дошли имена таких мастеров как Дхармамитра, Гошака, Ашвагоша, Нагарджуна, Асанга, Васубандху, или Махадева. Упомянутые мастера медитации, кроме путешествий, целью которых было укрепление Дхармы, проводили некоторую часть времени в своих резиденциях, вокруг которых строились монастыри, университеты и жилые постройки.

Эпоху правления Канишки обычно относят к IV Собору Сангхи. По всей видимости, он был организован сарвастивадинами. Этот Великий Собор состоялся в Дзалангаре, Пенджабе или Кашмире в I веке н.э. Покровителем собрания должен был выступить Канишка.

О деталях этого собрания можно узнать из буддийских источников. Китайский путешественник Шуен Ханг в своих записках об этом путешествии писал, что сохранились ещё устные сказания о том, как в минуты вдохновения король Канишка приглашал к себе учёного монаха и вместе с ним изучал буддийские тексты. Однако само собрание эти сказания трактуют по-разному, в зависимости от воззрений отдельных школ. По совету своего личного учителя Паршавы, Чакравартин пригласил 499 наиболее известных мастеров-архатов. В соответствии с этим сообщением Собор должен был пройти в Кашмире, который по этому случаю должен быть полностью предоставлен Сангхе. Кроме того, в соответствии с тибетской традицией, этот Собор положил конец спорам между школами.

В обсуждаемый период времени вершину собственного развития переживали школы буддизма, описанные как Малая Колесница. Кроме успешно развивавшейся корпорации стхавиравадинов, и вышедшей из них сарвастивада-вайбхашики (именно они были приговорены к изгнанию на ІІІ Соборе Сангхи около 250 г. до н.э, после чего были вынуждены поселиться в Матхуре, Кашмире и Гандхаре), а также известных братств Махасангики и Пудгалавады (школы, которая по-другому называлась Ватсипурья, по имени мастера-основателя этой линии), появились и приобрели влияние приверженцы передач Малой Колесницы, оставшихся в школах Махисасака, Дхармагуптака и Самматиджа.

По сей день в кругах историков популярно мнение, что именно во времена, связанные с IV Собором Сангхи, началось развитие школ, называемых Малой Колесницей. Первоначальный буддизм, традиционно представленный хинаянскими сообществами, на переломе эпох должно быть столкнулся с решительной оппозицией, что привело к возникновению школ буддизма Махаяны — Колесницы Бодхисаттв. Приблизительно во времена правления Канишки или же вскоре после этого, поучения Махаяны были сведены воедино мастером Нагарджуной, создателем школы Мадхьямика, которую, из-за присущего ей воззрения о пустоте всех явлений, иначе называли Шуньявадой. В V веке должна была окончательно сформироваться Йогачара, основателями которой были Майтрейя, Асанга и Васубандху. Известными древними мастерами Великой Колесницы были Арьядева, Диганага и Дхармакирти. Само же понятие Махаяна в соответствии с некоторыми теориями возникло гораздо позже, в VI или VII веке, когда определённые различия между направлениями стали очевидны. Однако это предположение не находит подтверждения в некоторых источниках, таких, например, как путевые записки Фа Хьена, отправившегося в Индию в начале V века. Как становится очевидным из чтения его работы («Записки из буддийских стран», Варшава, 1997, польский перевод), автор уже в то время чётко проводил различия между отдель­ными школами, различая между собой Большую и Малую Колесницу и осознавая специфику этих различий. Несмотря на такое положение вещей, Фа Хьен описывает факт совместного использования одних и тех же храмов представителями Большой и Малой Колесницы, которые проводили совместные трапезы, не упоминая при этом ни о каких, даже незначительных противоречиях. Похожим образом дело обстояло и с Алмазной Колесницей.

Во вступлении к Хеваджратантре содержатся наставления о постепенном овладении поучениями Малой и Большой Колесниц, которое должно предшествовать сложным тантрическим практикам.

Имея в виду прочную буддийскую традицию, в особенности тибетскую, и взгляды отдельных буддологов и историков, следует упомянуть о том, что со времён Паринирваны Будды Шакьямуни, что произошло примерно в 480 до н.э., разные учителя, будучи держателями разных передач поучений, полученных либо непосредственно от Будды, либо от проявленных различных Будда-аспектов его Просветления, специализировались на определённых методах практики, благодаря которым их ученики осуществляли цель практики — состояние Будды. Именно так можно очень коротко описать процесс возникновения отдельных школ буддизма в рамках трёх колесниц: Малой, Великой и Алмазной. Но несмотря на это, множество отдельных общин систематизировали свои методы и старались сохранить как можно большее число полезных на их взгляд поучений, далеко не всегда исходивших от учителей, действовавших в рамках данной традиции. В то же время проходил диалог между отдельными школами, чему способствовала как сама атмосфера древней Индии, так и возникновение больших университетов, таких как Наланда, Викрамашила или Валабхи.

Тибетская буддийская традиция утверждает, что общая периодизация истории каждого Будды, не только исторического, заключается в выделении пяти характерных отрезков его деятельности, с которыми связан вопрос возрастающего значения определённых передач и развития отдельных школ. Каждый из этих периодов продолжается около 500 лет. В первом периоде, во времена, когда конкретный Будда начинает передавать своё учение и в последующих первых поколениях его последователей, практики Дхармы понимают его непосредственно. Затем наступает фаза медитации, приносящая осуществление состояния Будды. Следующие периоды — время напряжённого изучения, привязанности к обрядам и церемониям и период упадка. Каждый из них получает название в соответствии с доминирующими психическими тенденциями и склонностями людей, благодаря которым они в состоянии самым подходящим для них способом достичь цели буддийской практики.

Кроме того, необходимо обратить внимание на то, что сами буддисты время от времени делали упор на неразделение Сангхи, хотя в истории буддизма часто доходило до более или менее шумных споров и конфликтов, связанных с вопросами практики и доктрины. Чаще всего сами буддисты подчёркивали единство учения Будды — именно разнообразие человеческих склонностей и характеров привело к тому, что Будда передавал 84 000 поучений, которые были собраны в 108 книг тибетского канона. Кроме того, в знаменитой «Притче о горящем доме» из Сутры Лотоса Благого Закона Будда обосновал необходимость передавать различные поучения и создавать различные школы для блага чувствующих существ. Стоит иметь в виду, что вплоть до сегодняшнего дня конфликты между буддистами связаны с вмешательством определённых лидеров в политические вопросы или же с действиями самих политиков, пытающихся использовать учение Будды для личной выгоды.

Период династии Гуптов и империи короля Харши, или Классическая эпоха буддийской цивилизации.

С IV века н.э. развитие индийской цивилизации достигает своей вершины. Сама цивилизация в этот период приобретает свои классические черты. Благодаря сохранившимся надписям и запискам китайских путешественников, таких как упоминавшийся ранее Шуен Ханг или Фа Хьен, и другим историческим источникам буддийской традиции мы знаем, что в это время учение Будды уже могло оказать большое влияние на характер индийской цивилизации. Поэтому именно этот период истории древней Индии, в особенности период династии Гуптов, мы можем также считать классическим периодом буддийской цивилизации. Черты буддийской цивилизации на территории Индии и Центральной Азии начала V века, описанные в этих источниках, были венцом вековых усилий буддистов-мирян на политическом, экономическом и государственном поприще. Источником всей этой деятельности, по всей видимости, служило вдохновение, которое все эти общественные деятели черпали в политике таких правителей как Ашока и Бимбисара. Этот пример был взят на вооружение буддистами более поздних времен, которые доминировали в культурах своих стран. По всей видимости, на юге и западе всегда была сильна культура браминов, однако на восточной территории, над Гангом и на северо-западной окраине Индии, доминировали именно последователи Будды. Здесь стоит обратить внимание на тот факт, что буддисты до V века были самой распространенной религиозной общиной в большинстве индийских королевств.

Подавляющее большинство правителей покровительствовали Дхарме, а то и сами практиковали. Во многих индийских и центральноазиатских государствах, в особенности вдоль Шёлкового Пути, где индийская культура оставила свой отпечаток, — обычаи, политика и законы были подвержены серьезному влиянию учения Будды.

Классическая эпоха в основном связана с царствованием династии Гуптов. Основным средоточием власти гуптской династии стали наиболее богатые территории королевств Магадхи. Стоит заметить, что Дхарму практиковали лишь немногие гупты, например их король, Нарасимхагупта. Однако совершенно уверенно можно говорить о том, что в тогдашнем индийском обществе учение Будды, со всеми вытекающими из него этическими принципами, пользовалось повсеместным уважением. В пользу этого свидетельствуют описанные китайскими путешественниками гуманистические склонности тогдашних индусов и их дружелюбное отношение ко всем существам. Фа Хьен писал, что в Индии повсюду избегают убийства существ, а забоем животных занимаются немногочисленные представители низших каст. Заслуживает внимания тот факт, что первый король этой династии Чандрагупта, взошедший на престол в 320 г. н.э., был женат на Кумарадеви, принцессе из рода Личчхави. Большинство представителей этого древнего рода были учениками исторического Будды, и это обстоятельство было хорошо известно тогдашним индусам. Обладать такими родственниками было огромной честью для самих гуптов. Империя Гуптов не управляла большими территориями, а сами гупты правили непосредственно в королев­стве Магадха и расположенных над Гангом территориях Индии и, временно, — в других индийских королевствах. Новая правящая династия была удовлетворена признанием их верховенства со стороны оставшихся на своих местах правителей. Иногда Гупты совершали грабительские военные походы, но они не создали большого административного аппарата, как это произошло в случае Маурьев и императора Ашоки.

Буддист Нарасимхагупта правил в первой половине VI века. Он стоял во главе индийской конфедерации, которой удалось окончательно победить грозного вождя гуннов, Михиракулу. Самих гуннов (так называемых белых гуннов), называли также гефталитами. Они появились в Бактрии в первой половине V века. В 484 г. до н.э. они победили персов, чем принесли недолгое облегчение всё более преследуемым будди­стам Ирана. Однако гефталиты оказались не лучше прежних гонителей. Так начался период постепенного упадка буддийской цивилизации восточной Персии и северной Индии и эмиграции буддистов.

Нашествие белых гуннов в начале VI века привело к большим разрушениям в Гандхаре, Кашмире и Пенджабе. Правители гефталитов в Афганистане стали перенимать влияния индийской культуры значительно позднее. Некоторые гунны начали практиковать культ Шивы. Во второй половине VI века буддисты снова могли свободно практиковать и создавать свою цивилизацию, которая на этой территории так и не достигла былого расцвета. Правление Гуптов отличалось толерантностью и покровительством буддийским школам. Учение Будды оказывало глобальное влияние на индийскую культуру. В это время в буддийскую общину поступали щедрые подношения. Кроме аристократов, меценатами монастырей и храмов выступали банкиры, богатые купцы, котельщики, гончары, кузнецы, мастера изделий из бамбука. В этот период возникли прославленные буддийские университеты. Точная дата постройки Наланды, самого крупного из них, окончательно не установлена. Преимущественно считается, что это произошло между ІІ и IV веками до н.э. Скорее всего, это произошло в период правления Шакрадитьи, короля Магадхи, принадлежавшего династии Гуптов. Со временем монастырь, ранее существовавший на этом месте, превратился в большой, широко известный в древнем мире университет. Он служил центром не только буддийского образования — там учились и небуддисты. Университетом руководили, в основном, учёные, принадлежавшие к одной из школ Великой Колесницы — Мадхьямике. Наланда на протяжении веков была значимым образовательным центром, прежде всего, благодаря своей огромной библиотеке. В период расцвета там предположительно одновременно учились около 10 000 монахов. Их обучали текстам и практикам всех направлений буддизма. Кроме того, там обучали логике, математике, астрологии, медицине. В период мусульманских нашествий университет несколько раз подвергался нападению и разрушался. В 1197 он был окончательно разрушен исламскими завоевателями, попутно убившими всех, кто не мог или не хотел спасаться бегством или помогать разрушать «храм презренных идоло­поклонников».

Эпоха Гуптов продолжалась вплоть до VI века, но политическое влияние представителей этой династии в Индии постепенно ослабевало из-за упомянутых выше гуннов и трений, вызванных конфликтами с растущим количеством отпрысков индийских королевских династий. Вместе с гуннами в северную Индию прибыли и другие народы из Центральной Азии. Одной из групп такого рода были тюрки-уйгуры, из аристократии которых происходил Гуру Ринпоче.

Из числа других происходил клан Пушджабхути, пришедший к власти в конце VI века н.э. на территориях, лежащих к северу от Дели. В 606 году до н.э. править разросшимся государством династии Пуджабхути стал Харша из рода Варханов, при котором разыгрывался последний большой акт классической эпохи (Харша, кроме того, был автором драматических произведений). Он взошёл на трон при трагических обстоятельствах, когда враждебно настроенный король Мальвы Девагупта убил его отца, брата, и взял в плен его сестру. Большую часть своего правления, которое продолжалось до 647 г. до н.э., Харша провёл в военных кампаниях против враждебных ему индуистских государств. Он известен как большой меценат и покровитель буддистов. Империя Харши на взлёте своего развития распространялась на центральную Индию, часть северной Индии, Непал и Синд. Частично его власть признавал и Кашмир. Похоже, что Харша был незаурядным правителем. Он создал мощную империю, его правление отличалось религиозной терпимостью и поддержкой Сангхи. Авторитет короля поддерживался сильной армией и гуманными указами. Таким образом, Харша предстаёт перед нами как очередной чакравартин. Его столицей был индийский город Канаудж.

В соответствии с записями китайского путешественника Шиу Чанга, в столице находилось сто буддийских монастырей и двести индуистских храмов. Город простирался на четыре мили вдоль Ганга.

Период истории до VIII века характеризуется большим количеством архитектурных инвестиций. Последующие династии возводили всё новые храмы, как, например, в столице короля Харши. Род Вардханов расширил и привёл к расцвету такие города как Патна, Гвалор, и Тханесар. Войны, к которым всё чаще прибегали индусы в VII веке, тем не менее не разрушали ни провинций, ни городов. Побеждённые были вынуждены просто платить соответствующие налоги. Снова учение Будды оказало фундаментальное влияние на культуру, что привело к появлению определённого кодекса воинского поведения, который ограничивал зверства и грабежи. Однако подобный гуманистический подход сделал возможным военный успех мусульманских агрессоров, в результате чего сражавшимся с ними индусам пришлось отказаться от неэффективных методов ведения войны, в более позднем периоде вернувшись к тактике кровавого возмездия.

В это время в индийском обществе начался процесс формирования каст, постепенно пришедших на смену прежним варнам. Все меньшее значение имел расовый аспект (варна означает цвет), при этом возрастало значение семьи и её членов. Основными целями супружества в Индии классического периода истории было рождение потомства, сексуальное удовольствие и совместное совершение подношений. Буддисты тоже не оставались в стороне от семейных дел и супружества. Семейные отношения также стали предметом изучения и составления определённого свода правил. В книге Дигха Никайя, принадлежащей канону Тхеравады, в особенности в текстах Сигалака Сутта и Дхамика Сутта, можно найти детальное описание господствовавших в ту пору на территории Индии семейных отношений. Несколько основных форм сохранения супружества, в соответствии с поучениями этой школы Малого Пути, сохранились по сей день. Очень популярной формой супружеских отношений был предварительный выбор соответствующих партнёров, который осуществлялся членами данной семьи. Кроме этого, распространённой формой было су­пружеское соглашение на основе взаимного соблюдения его условий, среди которых присутствовала супружеская верность. Кроме того, практиковалась такая форма супружества, когда именно женщина выбирала себе парт­нера. Это особенно касалось ситуации, когда девушка не выходила замуж по достижению соответствующего возраста. Это считалось крайне неблагоприятным обстоятельством и причиной страдания. Ответственность за такое положение вещей возлагалась на отца или опекуна. В этом случае девушка сама выбирала себе мужа. Кроме того, стоит отметить, что в древности женщины как в буддийской, так и в индийской культурах, занимали очень высокое положение. Несмотря на это обстоятельство, мы вряд ли найдём женщин среди государственных деятелей.

Сразу после смерти Харши, индийская цивилизация предстала перед угрозой, которая не утратила своей актуальности и по сей день. В середине VII века буддий­ская династия Синджа столкнулась с нашествием арабов. Ранее исламский джихад объединил арабские племена с целью уничтожить Персию и стать угрозой для Византии. Теперь в Белуджистане мусульмане встали у ворот Индии. Тогда Синдом правил буддийский король Сихрас Радж. В 644 он пал в битве с арабами, осевшими в Макране, которые воспользовались гостеприимностью толерантных индусов. В 646 году подобная судьба ожидала и сына Сихраса Рая. Мусульмане смогли окончательно завоевать Синд в начале VIII века. Вскоре они овладели Мултаном. До конца IX века эта территория служила плацдармом для военной агрессии против цивилизации северной Индии, уничтожая и сравнивая с землёй города. Население подвергалось убийствам и насилию. Оставшихся в живых продавали на невольничьих рынках Азии. Лишь немногие правители индийских государств были в состоянии противостоять вторжению. Период первых набегов мусульман считается концом классического периода индийской цивилизации и концом древнего периода истории Индии.

Большое путешествие Фа Хьена, или Туда и обратно

В IV веке правители Китая и зарождавшиеся там буддийские сообщества испытывали недостаток в детальных сведениях относительно методов практики Дхармы, принципов этического поведения и организации монастырей. Буддийские монахи Китая живо интересовались новостями политической жизни и экономики стран индийской цивилизации.

Первым китайским буддистом-путешественником, которому удалось пересечь границы процветавшей в IV–V веке буддийской цивилизации, был монах Фа Хьен (335–420 гг. н.э.). Его записки из этих стран, а именно из Индии и Центральной Азии, являются огромной исторической ценностью.

Великое путешествие Фа Хьен совершил в 399–414 гг. Он проехал вместе с несколькими товарищами через страны, расположенные вдоль Шелкового Пути, Центральную Азию и добрался до Индии. Затем он посетил большинство небольших индийских государств и буддийских святынь. Он изучил санскрит и смог заполучить разнообразные буддийские бестселлеры. Кроме того, ему удалось срисовать множество изображений Будды. С этим материалом он вернулся в Китай морским путём, попутно посетив Цейлон и Яву. Путевые записки китайского буддиста являются бесценным источником информации о буддийской культуре классической эпохи.

Северная Индия по сведениям Фа Хьена начиналась с древней страны Дарада, которая лежала к югу от Памира, в Дардистане, нынешнем северном Пакистане. Там находилось множество храмов и практиков Малой Колесницы. Правители состязались между собой в щедрости подношений Сангхе. Фа Хьен посетил и легендарную страну Уддияна (Оддияна), в существовании которой были сомнения. Эта страна была важным центром буддизма, в более позднее время — Алмазного Пути. Именно эту страну посещал Будда Шакьямуни и передал её царю первые поучения уровня Ваджраяны.

В этой королевской династии родился великий мастер Ваджраяны и Дзогчен Гараб Дордже, учеником которого был выдающийся мастер Манджушримитра. Падмасамбхава тоже был родом из Уддияны. Именно Гуру Ринпоче принёс в страну Крыши Мира поучения Ваджраяны, которым в то время угрожал ислам. Благодаря его деятельности, а также в результате усилий таких героев как тибетец Марпа, большая часть духовного и интеллектуального наследия великих университетов и буддийской цивилизации уцелела до сегодняшних дней.

Фа Хьен пишет, что, несмотря на то, что Уддияна располагалась на севере Индии, её жители говорили на языке Центральной Индии, или древней страны, лежавшей в междуречье Ганга и Джамны Арьяварты, — страны Ариев. Во времена путешествий Фа Хьена большинство монахов Уддияны были практиками школ Малого Пути.

Все монахи и паломники были окружены особой заботой и опекой. Им было позволено останавливаться на три ночи в так называемых сангхарамах, которых в Уддияне было более пятиста.

Ещё одним важным центром буддизма классической эпохи была страна Гандхара. Именно в это государство должны были удалиться последователи сарвастивады и махасангики в силу решения, принятого на III Соборе Сангхи в Паталипутре (середина III века
до н.э.). Именно там должны будут появиться первые статуи Будды, построенные греками.

В Пенджабе, во времена пребывания там Фа Хьена, должно было проживать несколько тысяч монахов, принадлежащих как к школам Малой Колесницы, так и Великой. В Матхуре находились десятки монастырей и храмов. Все правители этих стран были буддистами.

К югу от Матхуры начиналась страна под названием Срединное Царство. Фа Хьен восторженно пишет о том, что со времён Будды правители этой страны и аристократия строили для монахов храмы, дарили им в качестве подношений поля, овощные плантации, сады и скот. Высеченные в скалах указы соблюдались из поколения в поколение таким образом, чтобы собственности монастырей не наносился ущерб.

Фа Хьен также писал, что в Срединном Царстве климат мягок — нет ни морозов, ни снега. Народ этой страны сообразителен и радостен, живёт без переписи и чиновничьих приказов. Только те, кто возделывают королевскую землю, отдают часть своих доходов. Однако они могут оставить свои наделы когда угодно, или же оставаться, если хотят.

Упоминание об отсутствии бюрократизма, малом контроле и небольших налогах позволяет сделать вывод о том, что со времён Ашоки многое в его стране изменилось. Ашока собирал с подданных плату, достигавшую половины их доходов. Кроме того, он организовал большой бюрократический аппарат. Гупты проводили противоположную политику. Они не создавали сильной администрации и режима налогов. Во времена Фа Хьена азиатский тип феодализма ещё не получил своего развития. Это должно было произойти в более позднюю, уже небуддийскую эпоху. Государство гуптов делилось на провинции, округа и деревни, во главе которых стоял ответственный чиновник, происходящий из влиятельных кругов, назначенный властью. Деревнями правили старосты и советы. Крестьянам чаще всего приходилось платить меньше, чем в эпоху Маурьев, всего лишь шестую часть урожая, а то и меньше. Кроме того, они должны были платить налоги на содержание армии, аппарата управления и развитой сети общественных учреждений. Так дело обстояло и в городах, где гильдии и торговые компании, управляемые буддистами, приобрели большое влияние. В других частях Индии индусы жили настолько счастливо, что китайский путешественник даже не мог себе такого вообразить. Повсюду жили тысячи монахов, возносились храмы, принадлежавшие всем известным ему школам буддизма. Поблизости от Калькутты располагалось 24 буддийских монастыря. Паломник отмечал распространённую среди правящих буддистов толерантность. Большинству индусов, по всей видимости, была по душе их гуманитарная и филантропическая активность. В Паталипутре была открыта большая больница, в которой лечили больных и снабжали нуждающихся всем необходимым.

Расцвет буддизма был в основном связан с великими мастерами медитации. Короли поддерживали их за силу и мудрость. Фа Хьен упоминает мастера Махаяны Раджасвами. Он был личным учителем одного из тогдашних правителей Паталипутры, столицы Магадхи. Большим авторитетом в этой области пользовался мастер по имени Манджушри. Кроме того, на Цейлоне Фа Хьен встретился с известными своей мудростью мастерами медитации, а само островное государство полностью управлялось последователями Будды. Сегодня на Цейлоне доминирует школа последователей Малой Колесницы — Тхеравады. Китайский путешественник рассказывает, что в его время там практиковали ещё и поучения Великой Колесницы.

В Индонезии всё обстояло совсем по-другому. К началу V века буддизм ещё туда не добрался. Вместо этого туда пришли индусы, которые, точно так же как и местное население, практиковали индуизм.

Состояние цивилизации отражает право, в особенности уголовное. По нему можно судить о структуре, потребностях и идеалах общества. О тамошнем правосудии Фа Хьен сообщает, что правители практически не прибегали к телесным наказаниям. Они были заменены штрафами. Существовало наказание в виде отсечения правой руки, но оно применялось лишь к рецидивистам в случае совершения тяжелейших преступлений, например, государственного предательства. Фа Хьен был поражён гуманизмом тогдашних наказаний. Мы видим, что постулаты Ашоки относительно смертной казни и ахимсы были окончательно и бесповоротно внедрены в жизнь общественного права. Через сто лет путешественники Сунг Юнг и Нуэй-Шэн критиковали небуддийских правителей Гандхары, гефталитов, которые применяли смертную казнь. Эти же путешественники были поражены гуманизмом законов Уддияны, которые были сенсацией тогдашнего мира. Смертная казнь была предусмотрена законодательно, но практически никогда не применялась. Вместо неё применялось изгнание в безлюдные горы. Тут нужно отметить, что это практически означало смерть в пустынной местности.

Стоит обратить внимание и на судебную систему. Выс­шим судьёй был король, который ежедневно после полудня судил подданных. Подобно нынешней прокуратуре, существовала определённая структура, которая занималась сбором фактов относительно совершённых преступлений и выдвижением обвинений. Для осуществления контроля над чиновниками и пресечения коррупции в их среде в качестве метода борьбы применялась провокация. Существовали различные способы доказательства вины обвиняемого в ходе процесса. Кроме распространённого способа сравнения показаний обвиняемых и потерпевших применялись огненная и лекарственная пробы.

Первая заключалась в том, что обвиняемый должен был прикоснуться кончиком языка к раскалённому докрасна железу. Само согласие обвиняемого принять участие в подобном эксперименте косвенно свидетельствовало о его невиновности. Кроме того, практика показывала, что язык человека, говорящего правду, был более увлажнён слюной, поэтому невиновные получали лишь незначительные ожоги. Лекарственная проба свидетельствовала о решимости обвиняемого доказать свою невиновность. Однако эти странные на наш взгляд методы применялись только в случае появления сомнений в обстоятельствах дела.

В то же время, среди небуддийских правителей был широко распространён метод принудительного сбора показаний при помощи пыток, прежде всего — хлыста, от которого освобождались только женщины.

Именно император Ашока был первым, кто прибегал к помилованию, и был пропагандистом отказа от самых жестоких форм наказаний и пыток в ходе следствия. Однако ему не удалось добиться полной отмены смертной казни.

Как мы видим, в классическую эпоху древнеиндийской культуры уже существовали буддийские государства, которые полностью отказались от самой суровой меры пресечения. Эта эволюция уголовного права стала возможной благодаря снижению преступности, о чём тоже упоминает Фа Хьен.

На закате классической эпохи, во времена нарастающих конфликтов между индийскими правителями, всё выглядело несколько иначе. Путешественник Шуэн Чан писал, двести лет спустя после Фа Хьена, что в Индии совсем небезопасно. Он сам стал жертвой ограбления, а потом чудом избежал смерти от рук разбойников. Растущий хаос внутри Индии был вызван мусульманскими нашествиями, которые нарушили политико-экономическое равновесие в этой части мира.

Экономическая стратегия мусульман базировалась на постоянных войнах, что привело к разрушению международных торговых рынков. Цивилизация лежала в руинах. Об этом убедительно свидетельствует факт использования населением исламских стран уцелевших на тот момент традиционных сооружений домусульманской эпохи. Произошло серьёзное понижение уровня жизни населения. Способом развития карьеры военачальников и мелких околовоенных элит был джихад в сочетании с торговлей невольниками. Это было выгодно арабским купцам. Трудные условия, в которые было поставлено крестьянство, привели к исчезновению многих прежних способов ведения хозяйства. Эпоха индийской древности подошла к концу, а перед самими индусами открылась многовековая перспектива вооружённой борьбы за объединение остатков своей когда-то мощной и богатой культуры. Именно в эпоху упадка буддийской культуры в Индии впервые проявились мастера Алмазной Колесницы, махасиддхи.